Прямым трактом от Кондратия Семеныча Кузминична отправилась в дом родителей невесты и после предварительного широковещательного хвастовства о своем уменье удивила их известием, что дело уже на мази, что смотрин, пожалуй, и не будет, а послезавтра, коли угодно, рукобитье.
Между тем рядом с этим происшествием и рука об руку с ним шло другое, впрочем довольно подобное ему. Дело в том, что на Козогорье выискивалась в недавнем времени какая-то вдова Терентьевна, неизвестного происхождения, которая осмеливалась уже не раз делать попытки, чтобы отбить у Кузминичны хлеб. По первым бойким приемам видно было, что она может сделаться опасной соперницей для Кузминичны, за которую было впрочем и старшинство по промыслу, и знание дела, и обычай, и самое доверие общества. Поэтому Кузминична, обещавшись при первой встрече наплевать ей в глаза, ходила уже к городничему с жалобой на нее, стараясь всеми силами своего красноречия убедить его в том, что Терентьевне таким делом заниматься стыдно и что ее надобно пристыдить при всех добрых людях, для чего собственно она, Кузминична, и положила на мере наплевать ей в глаза.
Итак, эта Терентьевна, промышлявшая, как Кузминична говорила, самодурью, пронюхала как-то, что соперница ее была в таком-то доме и тотчас же смекнула зачем. В надежде насолить ей и отбить работу, Терентьевна, не долго думав и не зная, кого та сватала, сама накинула глазом на плешивых приятелей наших, математика и музыканта: но как первый ей показался спесивым и недоступным, да и работница второго приходилась одной ее знакомой сватьей, то она и отправилась к Филиппу Иванычу. Это случилось повечеру на другой день после сватовства Кузминичны.
Филипп Иваныч играл на скрипке веселую плясовую песню, искусно подбивая щелчком в кузов своего гудка, когда Терентьевна прокралась через двор его и вошла в сенцы, намереваясь также зайти наперед на женскую половину; но, услышав веселую, разудалую песню, она вдруг решилась идти без дальних обиняков прямо на приступ; распахнув смелым приемом двери в комнату хозяина, она прямо ввалилась туда пляшучи, притопывая ногами и прищелкивая пальцами.